вторник, 12 мая 2015 г.

Тюрьмы Виктора Бута


автор: Алла Бут
Экстрадиция из Тайланда
   
     Психологическое давление и моральные издевательства начались сразу, как только в тюрьму в Бангкоке вошли агенты УБН (Управление по Борьбе с Наркотиками) США.

     О факте вывоза Виктора из Таиланда, равно как и о наличии каких-либо разрешающих документов, никому было не известно, тем более, самому Виктору. Утром он был поставлен перед фактом.

     Правда, накануне вечером, неожиданно, начальство тюрьмы в Бангкоке решило перевести его на ночь в блок смертников. Как потом выяснилось, по просьбе "друзей" из УБН. Там проводят последние часы люди, которые через несколько часов будут лишены жизни. К этому блоку даже тайские полицейские охраны редко подходят без необходимости. Как сказал Виктор, в этот момент он сразу понял, ЧТО должно произойти завтра утром, и что его таким способом решили "прижать", "подготовить" к переезду, возможно, по расчетам, принудить к сотрудничеству.

     Утром агенты УБН передали тайцам какие-то бумаги, Виктор их не видел и ничего не подписывал. После этой процедуры он поступил в "распоряжение" агентов УБН. Ему велели полностью раздеться, осмотрели и принесли чей-то старый, сильно пахнущий потом, спортивный костюм. В нем он и был вывезен в Штаты.

     В самолете ему несколько раз было сделано предложение о сотрудничестве и получен отказ от Виктора. 

Экстрадиция в США. Фото: gazeta.ru.
     По прилету, в Нью Йорк ему еще раз велели полностью раздеться. Еще раз тщательно осмотрели.

     Кажется, что это практикуется во всех тюрьмах, но только при поступлении. А тут, Виктор в Бангкоке сидел в одиночке, никаких открытых контактов, встречи только через стекло, в самолете летел только в сопровождении агентов, так что вряд ли он мог что-то спрятать или взять. Тем не менее эта процедура раздевания и осмотра, с особой тщательностью, повторялась несколько раз. Я думаю, без видимой на то явной причины.

___

Пребывание в МСС (Нью -Йорк, Манхеттен), федеральная тюрьма.
(16 ноября 2010 по апрель 2012 г.)
 
Следственная тюрьма MCC New York. Фото: Wikipedia.
     Виктор был помещен в блок особо строго режима (по мнению прокуратуры - соответственно предъявленным ему обвинениям). Где, как правило, содержатся террористы высшего ранга "Аль-Каиды", крупные наркоторговцы.

     Это - одиночная камера, бетонная кровать с кожаными ремнями по сторонам, пластиковый матрац. Дневного света практически нет. Небольшое окно под потолком, видно только, день или ночь (окно светлело и темнело).

     Почти два года без дневного света. Камера зимой промерзала по углам, согреться было практически невозможно. Вода шла из крана или кипяток, что нельзя было мыться, или только холодная. Прогулки запрещены, любые (выводили из камеры раз в неделю на свидания с нами или к приходу адвоката).

     Свидание - в отдельной камере, разговоры только через толстое стекло с отверстиями, с одной стороны.

     Что-то купить и передать в первый год было запрещено, позже нам разрешили покупать воду и орехи в местных тюремных автоматах, все это он должен был съесть и выпить в течение свидания, т.е. за час.

     Полная изоляция и запрет разговаривать даже с офицерами охраны, за нарушение - карцер. Почти полтора года без возможности говорить (только раз в неделю, в мой визит, а так как я не была в Нью-Йорке более двух месяцев, то и не с кем поговорить, оставались только визиты адвоката).

     Несколько раз его наказали за то, что он повесил полотенце не по инструкции, а на кран. Причем уведомление было передано в письменной форме, его никто не предупреждал устно и никаких инструкций о надлежащем месте полотенца не было.

     Питание очень скудное, в основном разваренные бобы и чечевица, раз в неделю - гамбургер, который Виктор не ел, так как вегетарианец. Про фрукты и овощи вообще забыл, начались проблемы с зубами.

     Никакой медицинской помощи.

     Еду иногда просто не приносили - вроде как забывали.

     Стучать в дверь камеры и напомнить - запрещено, наказание.

     Когда мы прилетели семьей (я, дочь, мать Виктора) в Нью-Йорк, в самом начале января 2011 г. и увидели Виктора первый раз после экстрадиции из Таиланда в суде на предварительном слушании, то всем нам стало плохо. Виктор превратился за несколько месяцев в старика. Похудел наполовину, поседел, и выглядел страшно осунувшимся и изможденным.

     На визит мы попали через месяц, где он и рассказал о режиме своего содержания.

     Спать практически невозможно, холодно. Иногда доносятся крики, только не понятно, что за причина этих криков. Круглые сутки электрическое освещение. Никакой возможности связи и разговоров.

     При помещении в тюрьму МСС Виктору было сделано медицинское обследование, в результате которого ему был поставлен диагноз "Туберкулез в закрытой форме".

     В связи с этим были выписаны антибиотики в огромных дозах, без сопровождающей терапии (т.е. витамины, фрукты или свежие овощи). Через несколько месяцев Виктор отказался от приема антибиотиков, начались боль в правом боку и проблемы со стулом.

     В здание суда Виктора приводили рано, часа за три до начала слушания, голодным. В перерывах приносили бутерброд с непонятным наполнением "мясного" происхождения. Он не ест мясо. Так что, если заседание продолжалось полдня, то весь день он был голоден, никакой еды в тюрьме. Вода только в перерыве, из-под крана.

     По словам Виктора, при таком режиме в тюрьме и том, что тебе грозит пожизненное заключение, почти 98 % соглашаются на сотрудничество с прокуратурой. т.е. идут на сделку, признавая себя виновными.
___

Пребывание в тюрьме MDC Brooklyn.
(с апреля 2012)
 
MDC Brooklyn. Фото: Federal Bureau of Prisons.
     После приговора в середине апреля 2012 г., Виктор был переведен в тюрьму в Бруклине и помещен там в медицинский блок без каких-либо объяснений.

     Там он видел множество людей на антидепрессантах, т.е. люди-"овощи", ходящие от стенки к стенке. В основном там находились люди с признанным суицидальным поведением или те, кто делал такие попытки. На тот момент, с моей точки зрения, Виктор был сильно истощен, как физически, так и морально.

     Сейчас, несмотря на рекомендацию судьи об общем режиме содержания, Виктор помещен в блок "ограниченных коммуникаций". Это значит, что с ним нет свободной связи, 2 раза в неделю звонок домой по 12 мин или в посольство - на выбор, звонки заказываются заранее, в строго определенное время. За нарушение заполнения заказа - лишение звонков на месяц, что уже было несколько раз.

     Задержка писем - идут по три месяца или вовсе не доходят.

     Книги - только от издательств или Озон, Амазон, не более 4 в отправку. Содержание - на усмотрение цензуры.

     Запрещены занятия спортом (только статичные упражнения, что он и практикует). С питанием ситуация не изменилась, только теперь режим столовой, в камеру брать что-либо запрещено.

     Окружение - в основном, мусульмане-ваххабиты.

     Так как существует информационная изоляция, то возможность обсуждать защиту практически отсутствует.

Фото: Московский Комсомолец.

Редактирование текста: Елизавета Зайцева. Подбор фото: Эдуард Крицкий. Подготовка к публикации: Solo.


Print Friendly and PDF
Комментариев нет :

Добавить комментарий

Пожалуйста, указывайте свое имя (уж какое укажете).