понедельник, 20 мая 2019 г.

Не зарекайся: Арест

В другой форме этот текст был опубликован в 2005-м в виде одной из глав книги "Не зарекайся" (издательство "Батькiвщина", Харьков). 
В данной редакции публикуется на Зазеркальях с согласия автора.

Не зарекайся: часть  1   2   3   4  

автор: Владимир Ажиппо 

Автор - харьковчанин Владимир Андреевич Ажиппо, подполковник, психолог, ветеран органов внутренних дел. Более двадцати лет отслужил в различных СИЗО и колониях усиленного и строгого режимов Советского Союза, а после - Украины. Скончался в Лондоне в июне 2017-го в 60-летнем возрасте. Сердце.


- Ну что же, Антон, - вздохнул он, закрывая папку, - давайте побеседуем.
- С какой целью, позвольте поинтересоваться?
- Зачем люди обычно беседуют? Чтобы лучше узнать друг друга.
- Я, признаться, не собирался лучше вас узнавать'.
- А вы и не узнаете, - обнадежил меня собеседник. - В силу моего служебного положения, это будет несколько односторонний процесс.

                 - Павел Иевлев, "Календарь Морзе"

Не верь!
Не бойся!
Не проси!

                 - Арестантские заповеди



Театр начинается с вешалки, а тюрьма с ареста (так в народе обычно называют задержание). Хорошо бы, чтоб каждый человек, не обидевший в своей жизни даже мухи, был внутренне готов к этому действию, так как аресты бывают и случайные, и ошибочные. Но, как правило, человек предполагает, что за какие-то грехи его постепенно обкладывают флажками, как волка. Ощущение это неприятное, навязчивое и утомительное. Жить, в любую минуту ожидая ареста, очень тяжело. Поэтому следует по возможности трезво оценить свои перспективы.

Если вы реально понимаете, что ареста не избежать, нужно к нему подготовиться. Пьянствовать или «убиваться» наркотой – не выход из положения. Это жалкая попытка отодвинуться от грозной реальности. Не поможет. Поможет другое: простые, спокойные и расчетливые действия.

Прежде всего приведите в порядок свои дела: оплатите счета, верните долги, подготовьте необходимые доверенности на близких людей. Продайте и раздайте все, что у вас отберут. Продумайте все до мелочей, которые после вашего ареста могут вырасти для родственников в неразрешимую проблему. Договоритесь с друзьями о возможной помощи вашей семье. Заручитесь поддержкой кого-то из них, чтобы потом не пришлось впутывать в свои нелегальные дела родственников – это будет неправильно.

Соберите вещи и продукты. Традиционно это называется «сухари сушить». Хотя сухари-то как раз в тюрьме и не понадобятся. Нужны будут калорийные и легкие продукты: сало, копченая колбаса, лук и чеснок, «Мивина», печенье, конфеты, сахар, чай, кофе, шоколад. Продукты нужно подготовить, рассчитывая, что первая передача может быть вами получена через семь-десять дней.

Вещи должны быть простыми и удобными как для лежания на нарах, так и для прогулок (так называется топтание в небольшом прогулочном дворе, больше похожем на вольер в зоопарке). По возможности, не должно быть шнурков (их заберут). Обязательно нужно взять тетрадь, ручку, книгу. Денег брать не надо, все заберут в милиции и в тюрьму не передадут. В лучшем случае деньги отдадут родным, в худшем – они пропадут.

Понадобятся миска, кружка, алюминиевая ложка, кипятильник, мыло, шампунь, зубные щетка и паста, стиральный порошок, полотенце. Бритва – либо электрическая, либо одноразовый станок.[1] Все продукты и вещи надо поместить или пересыпать в прозрачные полиэтиленовые пакеты, иначе при постоянных обысках их будут разрывать. Все добро сложить в одну сумку, надежно застегивающуюся, так как с ней потом будут обращаться довольно небрежно.

После этого надо решить главный вопрос: сдаваться или потянуть еще? Здесь совет невозможен. Все зависит от самого человека и сложившихся обстоятельств. Но необходимо знать, что явка с повинной всегда оформляется ментами (им так даже удобней) и засчитывается судом как смягчающее вину обстоятельство. Поговорка «чистосердечное признание смягчает вину и увеличивает срок» зачастую верна, но в данном случае она не в тему.[2] Явка с повинной и чистосердечное признание во всех деталях преступления – это разные вещи. Лучше уж вспомнить другую народную мудрость – «раньше сядешь – раньше выйдешь».

Фото: ВостокМедиа
Как-то два сельских парня украли на ферме теленка, зарезали его, и мясо продали. Одного из них задержали на третий день, а другой был в бегах. (Быть в бегах или, если официально, находиться в розыске – понятие условное. Часто беглеца никто не ищет. Менты справедливо полагают, что попадется сам). Через месяц участковый, проезжая по селу на мотоцикле, увидел на улице «нелегала», поманил его пальцем, показал на коляску и отвез в райотдел. Потом был суд, и дали этим ребятам всего поровну – одинаковый срок и солидарный иск. Сидели они тихо, хорошо работали. Подошла амнистия. Тот, которого арестовали первым, ушел на свободу, а второй «парился» еще год, до следующей амнистии. Дело в том, что первый на момент опубликования амнистии отсидел треть срока, а второму не хватило недели. Вот уж воистину: раньше сядешь – раньше выйдешь.

Явка с повинной хороша еще тем, что к такому заявителю менты всегда относятся спокойно и агрессии по отношению к нему не проявляют. А то как-то неудобно получается: человек вроде сам пришел, а мы на него противогаз… Но в любом случае, являться с повинной или нет, решать приходится каждому за себя.

Попав в милицию, забудьте о своих правах и отнеситесь к их отсутствию философски, как к неизбежности. Наверняка вам приходилось где-то читать или слышать по телевизору советы адвокатов: вы имеете право на телефонный звонок, менты обязаны немедленно оформить протокол задержания и т.д. Забудьте это. Запомните другое – здесь вам никто ничего не должен, и самое большее, что вы сможете вытребовать – это получить по бочине. Исходите из того, что вы потом ничего не докажете: ни того, что вас били и оскорбляли, ни того, что забрали деньги. Ничего. Вы пленный.[3] Поэтому действовать нужно иначе. Об услуге надо просить. Не унижаться, а просто вежливо просить. Нельзя показывать ненависть, презрение, возмущение. Хуже от демонстрации этих эмоций не будет, ментам на них наплевать. Но лучше тоже не станет. О решении проблем нужно договариваться. Именно так: вести переговоры, спрашивать об их условиях и предлагать свои. Есть возможность – торговаться.

Если вы убедите ментов, что ваши родственники готовы «улаживать дела» (а они в этом убеждаются очень быстро), вам сразу же дадут позвонить и, коль скоро ваше задержание неизбежно, оформят соответствующий протокол. Это важно, потому что срок начнет «мотаться» именно с этого протокола. Менты умеют и трое суток продержать у себя человека, хотя по документам получится, что он был на свободе.

Не надо пытаться взять ментов на испуг: типа у меня папа – генерал, дядя – советник президента. Они таких «племянников» каждый день видят, и всерьез эти «попугивания» никто не воспримет. Не надо требовать прокурора и уполномоченного по правам человека. Их не позовут. Не надо взывать к совести – ее у ментов нет, есть только должностные обязанности. И вообще, чем спокойней будете вы, тем спокойней с вами будут разговаривать.

Не спешите хвастаться, что ваши родственники – люди обеспеченные, сразу же появятся желающие вас «подоить». За одну и ту же услугу, например, позвонить домой, один заплатит двадцать гривень, а другой – сто баксов.

Фото: sochi
У ментов, в отличие от английских лордов, не принято представляться при знакомстве с задержанным, а в отличие от немецких полицейских они не любят носить бейджи. Так для них удобней. Не стесняйтесь спросить: «Извините, как вас зовут?» Вроде бы вам это нужно, чтобы вежливо обратиться к собеседнику. Знать, кто с вами разговаривает, очень важно. Фамилию не выспрашивайте никогда. Это намек на скрытую угрозу с вашей стороны. А будучи в положении пленного, угрожать неосмотрительно.

Если официальное лицо (а всякий мент и есть такое лицо, даже если у него на месте лица что-то другое) не представляется, делает это неохотно или называется «скромным» именем «гражданин начальник» – это неплохо. Значит, он нервничает. Хуже, когда он спокойно и уверенно называет свою должность и фамилию. Значит, он ничего не опасается. А значит, нужно опасаться вам.

Незаконные меры, принятые по отношению к вам, могут быть двух типов: угрозы применения физического воздействия и непосредственно такое воздействие. Угроз бояться не надо, даже если их начнут претворять в жизнь: лупить, выкручивать руки, надевать противогаз, вы в любой момент можете прекратить эти «шалости», согласившись на разговор с ментами. А вот если физическое воздействие началось, то стоит трезво и быстро подумать, что лучше: терпеть боль и не признаваться или признаться, но сохранить здоровье. Надо отчетливо понимать, что дать признательные показания, конечно же, неприятно, но терпеть час, три, сутки, трое суток, а потом все же дать эти показания – еще неприятней. Поэтому решение должно быть абсолютно рациональным. Во всяком случае, не стоит отрицать очевидное.

По закону задержанный может находиться в ИВС до десяти суток, однако в милиции отработаны схемы увеличения этого срока. Вас могут придержать уже после ареста для проведения каких-нибудь следственных действий, может не оказаться транспорта, чтобы вас отвезти в СИЗО, или, что бывает чаще, прежде, чем задержать и арестовать, оформят, как админзадержанного. С понтом вы где-то нарушали общественный порядок, выражались нецензурной бранью, мочились под памятник Карла Маркса (список этих глупостей бесконечен). Это удлинит срок задержания до пятнадцати суток, которые в срок уголовного наказания, к сожалению, не войдут. Таким образом «жизнь» в КПЗ может растянуться до одного месяца, что иногда и неплохо, мамка с папкой будут рядом.

Главное при задержании – пережить первые сутки, пока вас не оформили как задержанного, а водят по кабинетам, как медведя по ярмарке. С кольцом в носу. Как ни плохо в камере ИВС, но это уже какая-то определенность, ведь в первый период задержания человек испытывает мощный стресс от неуверенности не то, что в завтрашнем дне, а в следующем часе и минуте.

При общении с ментами не надо обращать внимание на грубый тон, развязность и полное отсутствие уважения к вам и вашим правам. Они так со всеми разговаривают, вы ничем не хуже и не лучше других, это нормально.

Старайтесь «порешать» вопросы. В изоляторах, расположенных в райцентрах, большое значение имеют родственные, кумовские, соседские отношения. Почти всегда кто-то кому-то каким-то боком приходится знакомым. Это надо использовать. В ИВС, находящемся в областном центре, вероятность таких связей очень мала.

Надо иметь в виду, что в современных нищенских и непрестижных условиях деятельность среднестатистического сотрудника милиции определяется следующими факторами: семьдесят процентов – это желание заработать денег; двадцать пять процентов – желание заработать служебный показатель; пять процентов – гражданская позиция («вор должен сидеть в тюрьме!»). Поэтому всякий нормальный мент рассуждает примерно таким образом: гражданская позиция пусть покурит в сторонке, показатель можно добыть и завтра, а сто баксов завтра в карман могут и не попасть. Отношения с ментами нужно строить на знании этого несложного психологического пассажа. Однако все зависит сейчас в большей степени не от вас, а от действий ваших родственников и друзей.

Фото: vyazmanews
В камерах ИВС зачастую сидят вперемешку задержанные по уголовным делам и административным, ранее судимые и не судимые. Конфликты бывают только у тех, кто сам их создает. Тесные отношения тоже практически не завязываются, все сознают временность и неопределенность своего положения.

Растерянность от неожиданного ареста невольно подталкивает любого человека поделиться с кем-нибудь своей бедой и спросить совета. Вот этого как раз делать не нужно. Разговоры о том, что у вас в камере будет сидеть «подсадная утка» или «наседка» – это сказки.[4] (Кстати, в местах лишения свободы эти слова вообще не употребляются, так говорят только лохи и пишут журналисты).[5] Можно подумать, специально для вас и таких, как вы, где-то под рукой держат резерв подобной публики.[6]

Но болтать действительно нужно как можно меньше потому, что вас окружают не друзья, а, скорее всего, недоброжелатели. Если эту мысль постоянно держать в голове, бед у вас будет немного меньше.

Как бы там ни было, но ИВС – слишком временное пристанище, окончательно судьба зэка определяется, когда он находится в тюрьме. Скоро машиной или поездом вас отправят в СИЗО.

Счастливой дороги!
 ___


Какая-то доля описанного Владимиром Ажиппо - эндемична, т.е. относится исключительно к тюрьмам СССР и постсоветского пространства, но большая часть, особенно касательно ключевых тюремных вопросов, очень даже приложима ко всем тюрьмам, вне зависимости от их географического расположения, ну, разве что, конечно, со скидкой на национальные вариации и особенности каждого отдельного заведения. Рекомендуем отнестись к текстам Владимира Ажиппо со всем вниманием, кто бы в какой стране ни проживал. Тюремная механика и психология поведения арестантов и тюремщиков во многом интернациональны.
___

Подготовка текста к публикации - Solo. Логистика, вычитка, редактирование - Лилия Васильева, EW7L; Олег Ашмаров, K0TF; Lea; Эдмон Варданян.
___

Не зарекайсяВступление > Арест > Добро пожаловать в тюрьму! > Тюремная камера > Устройство быта > Как ладят воры и менты > Физическое воздействие > Психическое воздействие > Что такое «пресс»? > Убивают ли в СИЗО? > Воры, лидеры, авторитеты > Понятия > «Фильтруй базар!» > Азартные игры > Тюремный юмор > Татуировки > Защита прав > Национальный вопрос > Тюремное врачевание > Голодовка > Самоубийство > Отношение к вере > Побег > Адвокат. Друг? Враг? Или так > Советы родственникам


Print Friendly and PDF

10 комментариев:

  1. Иван Федоров31 мая 2019 г., 21:00

    привет. про скандинавию могу рассказать. все примерно также, только не бьют и взяток не берут, то есть выйти возможности нет никакой.
    вкратце так: первые три дня в кпз, грязные одиночки. затем сизо -- все вперемешку и убийцы и безнесмены и насильники. ментам на все пофиг. на любые просьбы пофиг. телефон за деньги. ничего получить с воли нельзя. (продукты, посуда, гигиена и т.д. только из ментовского магазина за деньги).

    самый лучший совет: если вы не из среды, то ни с кем не связывайтесь, по возможности меньше общайтесь с окружающими, даже если они кажутся хорошими людьми, односложные ответы на вопросы и всё. скорее всего все быстро поймут, что с вами нечего ловить и просто будут игнорировать.
    если вам невозможно без общения, тогда если вы будете общаться (даже с "хорошими людьми"), то попадете в систему и дальше начинают действовать правила поведения в любом закрытом обществе. старайтесь не вступать в полемику (все равно у каждого своего мнение, так что это бесполезно) ни по каким вопросам.

    ОтветитьУдалить
  2. Привет всем!
    Есть опыт ареста в Германии и скажу немного о разнице и совпадениях, между тем, что писал Владимир Ажиппо и этим арестом.
    Арестовали меня по обвинениям США. При аресте присутствовали два агента FBI, потому он (арест) превратился в "шоу", с масками и выбиванием двери.
    Громко, очень рано утром: один звонок в дверь и без паузы её выбивание. Примерно так, как показывают в полицейских шоу.
    Сразу же (без наручников) повезли к судье. Тот прочитал дело (нарочито раздутое для "важности" и ареста). Судья посоветовал не соглашаться на экстрадицию. Потом были 4 месяца в тюрьме, два суда (апеляция на решение об экстрадиции). Следственный изолятор и промежуточные тюрьмы этапа запомнились человечностью со стороны персонала и поддержкой наших (русскоязычных - грузин, армян, ребят из Прибалтики). Был "общак". Не было драк и конфликтов, спокойно.
    Был "подсадной", на этапе, в машине. Пытался "доверительно" выпытать сколько человек еще в моем деле и собираются ли они мне помогать в тюрьме. Был послан (проигнорирован).
    В дотюремном "сообществе" (до суда) все варятся примерно в одной каше, все в одном положении.
    Важно коммуницировать, не рефлексировать, не теряться. Поток прибывающих-отбывающих большой, тюремщики понимают, что ваш арест может быть ошибкой, поэтому не смотрят на вас как на криминала), предубеждений нет. В некоторых тюрьмах (например во Франкфурте-на-Майне) есть открытое игнорирование. Обо всём надо спрашивать, всем интересоваться. Без еды вас не оставят, но и не расскажут о возможностях, на которые вы имеете право. Лучше все выяснять и не замыкаться на своих обидах. Это сильно мешает сосредоточиться на решениях, а их надо будет принимать постоянно.

    ОтветитьУдалить
  3. И не собирался ничего писать, но вставлю свои пять копеек.
    В Финляндии при аресте вы скорее всего сначала попадете в ближайший полицейский участок. И в СИЗО вас могут перебазировать как в ближайший рабочий день (как было со мной), так и через два месяца (как было с некоторыми другими). Сидеть в участке сущее мучение (одиночка, бетонный мешок, контакты только в дежурным полицейским, условия мерзкие, хавчик отвратительный), а в СИЗО нормально (и еда нормальная, и магазин, и камера, и прогулки, и телефон, и телевизор, и библиотека и прочее). Кстати, в СИЗО даже карцер куда комфортнее камеры полицейского участка.
    В СИЗО есть первоначальный "карантин" - он должен быть недельный, но по факту могут перевести и на следующее утро (опять же мой случай).
    Распускать язык конечно не нужно, стукачи есть везде. Но и замыкаться тоже я бы не советовал. В первые дни в новой для себя среде вам как никогда будет требоваться информация, и очень много полезного можно узнать именно у соседей по СИЗО. Особенно, если они говорят на вашем родном языке. Игнорировать их всех без разбору и строить из себя героя можно, то тем самым вы только создадите себе кучу проблем.
    Общайтесь! Просто пресекайте свои и чужие желания кому-либо рассказывать что-либо про детали вашего обвинения. "Да я не я, и лошадь не моя" или "Да у них на меня ничего нет" или "Да у меня алиби" или "да я нев###енно крут" или "да у меня такие друзья..." и т.д. Все это вы обсудите со своим адвокатом и только с ним. Судье расскажете, какое у вас алиби. А жильцам соседних камер знать обо всем этом совершенно не нужно. Постарайтесь обойтись обязательным минимумом информации о себе: страна, род деятельности, род обвинения. И всё. Не нужно вдаваться в подробности. Совсем другое дело - задавать вопросы про устройство жизни в СИЗО и в отделении, про правила и нормы, что можно и чего нельзя. Проще всего это узнать у людей вокруг вас. И если они "отстанут от вас и будут вас игнорировать", то где ж вы возьмете всю эту информацию?! Вот из-за этого и решил тут комментарий оставить.
    Персонал в СИЗО и полиции делится на нормальных людей, и на националистов (коих в Финляндии достаточно много). В соответствии с этим критерием и отношение будет к вам либо ровное и доброжелательное, либо подчеркнуто дистанцированное. Но в любом случае оно не будет грубым или насильственным. Про такое я даже не слышал.
    Есть еще много чего рассказать, но сделаю это в другой раз отдельным цельно-законченным материалом.

    ОтветитьУдалить
  4. Меня брали в Люксембурге. в первые дни после ареста, если не было ранее похожих проблем, надо чтобы родственники, друзья подошли ответственно к выбору адвоката.

    И сразу надо забыть и не воспринимать разрекламированную "истину" о презумпции невиновности. В теории это может и звучит хорошо, но в реальности все наоборот - "вы виноваты пока не доказали обратное." Это я про Штаты, меня туда из Европы переправили.

    Ну, и главный совет, мыслите позитивно, мысли - они материальны. Но и не забывайте про контроль по возможности и альтернативные варианты.

    ОтветитьУдалить
  5. Нелишне будет еще раз подчеркнуть такой момент:

    В разной степени это относится к разным странам, но что касается США, ровно как если ваш арест производится в любой другой стране по указке США, а особенно — как это обычно бывает — в присутствии или при участии агентов из США, — не нужно во время ареста говорить ничего лишнего, ни до "Миранды", ни после. Лучше вообще ничего не говорить, помимо "Увы, без адвоката нам говорить не о чем."

    Это как раз тот редкий случай, когда Голливуд не врет. Ничего не говорите агентам, вообще не общайтесь, если рядом нет адвоката. Вам будут всячески втирать, что он вам сейчас не нужен, и даже противопоказан, но не верьте — это все ложь. Четко стойте на своем: без адвоката — никаких разговоров.

    Агенты потыкаются, попробуют запугать, потом поуговаривать сладкоречиво, но если увидят, что вас не сбить с панталыку — в конечном итоге отступятся. При этом обязательно рыкнут напоследок, что, мол, не захотел по-хорошему, будет по-плохому. Не обращайте внимания, все это не важно.

    Важно на этом этапе лишь то, что вы не наговорили себе энное количество лишних лет, не понимая — пока — что делаете.

    ОтветитьУдалить
  6. Примечания от Гоблина (опер.ру):

    [1] Обязательно взять кусачки (именно кусачки) для ногтей. Ножницы – нельзя, пилку – нельзя, а за ногтями надо ухаживать постоянно.

    [2] Есть и более конкретная формулировка: явка с повинной увеличивает срок и укорачивает жизнь.

    [3] У сотрудников пенитенциарных учреждений тоже есть профессиональный жаргон. Смешное слово «пленный» – как раз из него.

    [4] На протяжении всей отсидки рядом с тобой постоянно будут находиться исключительно внимательные, заботливые слушатели – из числа работающих на оперчасть. Об этом тебе незамедлительно расскажут товарищи по заключению. А когда вернёшься с отсидки, на документах всегда будут писать: с методами оперативной работы знаком.
    Оперативная работа в местах лишения свободы поставлена неплохо. Это граждане непричастные всех ментов считают за идиотов. Познакомившиеся с суровыми реалиями лично считают несколько иначе.

    [5] Так точно, на самом деле говорят «барабан».

    [6] Дэцел есть, да. То есть это функциональная обязанность опера – вербовать осведомителей (читай – барабанов) и вести оперативную работу (читай – агентурную разведку) внутри спецконтингента. И, не поверите, с этим делом там полный порядок. Так что расслабляться не следует.

    ОтветитьУдалить
  7. В Штатах, если тебя взяли по федеральным обвинениям, производившие арест агенты сдают добычу в ближайшую федеральную следственную тюрьму — detention center, или, что чаще бывает - в county jail, у которой контракт с федералами на хранение федеральных арестантов.

    До оглашения приговора арестант находится "на балансе" US Marshals, а после — переходит "на баланс" Federal Bureau of Prisons.

    Если тебя не привезли из-за речки, а арест происходил на земле Штатов, то, вне зависимости от уровня потенциальной угрозы от дикого тебя, производящее арест агентство устроит шоу. Будет десятка два агентов в бронежилетах, могут выпросить вертолет, обязательно будут вламываться в дом со всех сторон — сквозь двери, окна, а бывает и сквозь стену (стены-то хлипкие, так строят тут).

    Агенты нервные, насмотрелись голливудских фильмов, хотят казаться сами себе супер-героями, Бэтманами, но на самом деле большинство из них боится, что ты выхватишь ствол и начнешь стрелять — как Джеймс Бонд. Потому во время такого захвата, да и во время любого ареста вообще, не нужно делать никаких резких движений типа срочно лезть в карман за сигаретами. Пристрелят. От страха. Причем будут стрелять пока не закончится обойма.

    В первые полчаса-час-два пару агентов обязательно попытаются на тебя насесть, чтобы ты что-то им рассказал. Будет тупая игра в доброго и злого полицейского. Не говори ни слова, вообще. Ничего не говори. Бить тебя не будут, потому что свидетели, — они друг друга боятся, что в случае чего — показания кто-то из "коллег" даст, и прощай непыльная денежная работенка и карьера. Потому как бы ни запугивали, и как бы ни уговаривали, как бы ни сулили "ну, может если ты нам сейчас все расскажешь, мы тебя отпустим", — молчок. Абсолютно все, что бы ты ни сказал во время ареста, будет обязательно перекручено, расфасовано как нужно прокуратуре, и использовано против тебя. Без вариантов.

    В любом случае до ночи они обязаны положить тебя в тюрьму, где уже командуют не агенты (которым внутрь хода нет), а тюремщики, которые оформят ("забукают") и определят куда-то спать. Если это следственная федеральная тюрьма, то — на "вокзал", в карантинный блок. Если county jail, то — в обычную камеру, с какой-то шантрапой.

    Сухари сушить бесполезно, как и готовить с собой "корзинку". Даже если агенты вдруг разрешат что-либо взять с собой, при оформлении отберут все. Что-то — на склад, до выхода, что-то — выбросят сразу, что-то прикарманят, если соблазн будет достаточно весомый, и представится случай. Потому не нужно с собой брать колец с брилльянтами, часов "Патек Филлип", и цепей с "гимнастом". Внутрь это не пропустят.

    Отберут всю одежду — на склад, или — по желанию — donation, хоть и не ясно куда это пожертвование, выдадут казенное — хаки "двойку" или комбинезон любого цвета радуги, от тюрьмы зависит. Трусы, носки, футболку — тоже все казенное. Обувь — тоже. В федеральной системе дают хлипкие синие тапки, с резиновой подошвой, китайского производства.

    Отобранные у тебя вещи могут предложить отправить домой — ну, или на любой адрес в США, который укажешь. Если дом и друзья — за океаном, то тогда склад или пожертвование. Причем бывает, что опции "склад" нету, — зависит от каждой тюрьмы.

    Могут (но не обязаны) разрешить взять с собой:
    — очки, если оправа не металлическая;
    — обручальное кольцо (простенькое, стоимостью не дороже 100 долларов);
    — редко — цепочку, тоже до ста долларов.

    ОтветитьУдалить
  8. Что обязательно нужно иметь с собой при аресте и заезде на тюрьму: несколько сотен наличных. Агенты, на глазах друг у друга, красть их не будут, а сдадут вместе с тобой в тюрьму, где тюремщики их занесут на твой тюремный счет, что очень важно, потому как пока ты по заезду обустроишься и разберешься, и пока сообщишь своим на волю каким образом (а бывают еще те лабиринты с этим) тебе класть денюжку на счет, может пройти несколько недель, а звонить-то нужно уже сейчас, марки и конверты — сейчас, в тюремном ларьке купить нужное — поскорее (типа тапок в душ, мыла, зубной пасты и чая), а ларек бывает когда раз в неделю, когда реже.

    В карантине и после — меньше говори, больше наблюдай и слушай. В целом по федеральной системе каждый восьмой арестант — информатор "на зарплате", и еще столько же, если не больше "любителей", которые понесут куратору тебя для нового кейса, как только ты такую возможность предоставишь.

    Это очень серьезно, и это нужно четко осознавать, и ничего никому не говорить о своем деле, да и ни о чем, помимо еды и погоды. Перекрутят слова и придумают еще одно дело, или помогут закопать тебя поглубже по делу текущему.

    Мне встречались сотни сидящих бешеные срока исключительно потому, что, заехав на тюрьму, они в первые дни с кем-то — участливым и внимательным — решили пуститься в откровенности. И еще сотни, которые, уже получив срок, зарабатывали еще один, на ровном месте, по показаниям ищущих добычу тюремных информаторов.

    Родственники и друзья — первым делом закажите на вашего арестанта англо-русский словарь (для тех, кто не вполне дружит с английским) и книгу "Busted by the FEDs", автор Larry Fassler, и пока он эту книгу от корки до корки не изучит и не проникнется — лучше побыть Герасимом без Муму.

    Еще важное, что нужно осознавать с самого начала — тебя и твоих родных будут всячески охмуривать адвокаты. Особенно сразу после ареста, стараясь успеть воспользоваться твоей растерянностью, и поисками спасательного круга.

    Фундаментальное правило — какими бы сладкими речами тебе ни вешали на уши красивую лапшу — не верьте. Адвокат в Америке защищает и работает ради своих собственных интересов, твои интересы ему полностью, абсолютно по барабану. Но втирать тебе, неопытному, будут совершенно обратное.

    В целом, все верно пишет Ажиппо, и главное — "Не верь, не бойся, не проси." — в какой бы тюрьме какой бы страны ты ни оказался.

    ОтветитьУдалить
  9. По поводу упомянутой Владимиром в тексте "самосдачи":

    В Штатах это дело практикуется, в основном если кандидат на посадку - американец, а не иммигрант или визитер без гражданства. Хотя бывает, что и владельцев всего лишь "грин-карты" не везут в ближайшую тюрьму сразу после приговора (как происходит, впрочем, с большинством неамериканцев по гражданству), а разрешают погулять чуток, назначая конкретный день и час когда нужно сдаться, и вполне конкретную тюрьму куда нужно сдаться.

    Хотя, конечно, здесь речь идет несколько о другой "самосдаче", уже после приговора. Впрочем, бывают случаи, когда находящиеся за пределами Штатов, узнав о нарисовавшемся на них в Штатах обвинительном заключении, договаривались через адвоката со здешней прокуратурой заранее, мол, если они добровольно прилетят в Штаты и сдадутся, то что-то там при приговоре и навешивании срока учтется.

    Бывает, что да, учитывается, но по мелочи. А бывает совсем наоборот, как было с одним кубинцем, несколько десятков лет тому захватившим и угнавшим самолет PanAm, и все эти годы живший на Кубе. Но вот почему-то он решил, что по истечении стольких лет его простят, или отделается, как обещала американская прокуратура дистанционно, парой лет. Обманули, конечно, но было поздно. В тюрьме MDC Brooklyn пересекались.

    Еще помню один швейцарец прилетел самосдался, и, вот недавно сидел один москвич, тоже доброволец. Ну, там срок небольшой у него был.

    ОтветитьУдалить
  10. При заезде в федеральную или county тюрьму в Штатах все вещи забирают - на склад или "пожертвование", или в мусор, или бывает предлагают послать домой, но адрес должен быть штатовский.

    Потому описываемые Владимиром действа о подготовке "корзинки" в Штатах не имеют смысла. Все равно внутри будет вам разрешено ходить в том, что выдадут, и что продают в тюремном ларьке.

    Аналогично и со всем имуществом, и с продуктами. Хотя по продуктам бывает можно что купить у работающих на тюремной кухне, тащат, конечно, все, что можно, и перепродают по тюрьме. За это ловят, увольняют с работы, садят в карцер, но свято место пусто не бывает.

    Посылки с воли тоже в запрете - и вещевые и продуктовые. Бывают исключения - спецордера на поделочные материалы из каталога Blick, и на немногочисленные религиозные атрибуты типа четок, но все это обставлено серьезными многоэтажными рогатками и препонами, связываться - вагон головняка.

    Книги можно присылать - если тюрьма "мягкорежимная", то можно и от частных лиц, из дому, только не больше четырех за раз, и если из дому, то только в мягких переплетах. В твердых тоже можно, но книги должны придти непосредственно из книжного магазина. А в тюрьмах более строгого режима, и если в карцере (на любом режиме) даже с магазина можно только в мягких переплетах, да к тому же не во все карцеры пропускают книги - так сидящим в карцерах тюрьмы MDC Brooklyn, и почему-то текущей моей тюрьмы Moshannon Valley приходящие по почте книги вообще не отдают, никакие, но хоть не выбрасывают, и не отправляют обратно, а складывают к твоим шмоткам на склад карцера, чтобы потом по выходу или к этапу отдать.

    На Кипре в тюрьму можно присылать шмотки: одежду, обувь, а также CD и книги. Вот в 2003-2004-м Одесса меня засыпала русскими книгами, мешками приходили. Причем, по ассортименту судя, похоже, что ребята заходили в книжный и говорили: "Это, родная, а ссыпь нам в мешок вон ту, ту, и еще ту полочку." На Кипре ограничений по количеству книг не было.

    В ливийской и египетской тюрьмах было не до книг, да, собственно, я и библиотеки там что-то не заметил. В Египте забросили в камеру прям с чемоданом, так что хоть шмоток хватало.

    В Ливии, Египте и на Кипре в тюрьме ты - в своей разнопестрой одежде, униформы нету, как в Штатах.

    Такие дела.

    ОтветитьУдалить

Пожалуйста, указывайте свое имя (уж какое укажете).